Григорий Александрович Строганов

13.09.1770 - 7.01.1857


Григорий Александрович Строганов

Действительный тайный советник (с 31.03.1821). Из старинного рода русских купцов и промышленников, возведенного в марте 1722 в баронское Российской Империи достоинство. Сын действительного тайного советника барона Александра Николаевича Строганова (1740—1789) от брака с Елизаветой Александровной Загряжской (1745—1831). Троюродный брат П.А. Строганова. Получив хорошее домашнее образование, он завершил его длительной заграничной поездкой. В 1786 Строганов побывал в Женеве, где слушал лекции местных профессоров и откуда предпринимал небольшие образовательные поездки по Альпам. Из Женевы в начале 1789 он переехал во Францию и поселился в Париже, где пробыл недолго, так как в апреле того же года он получил известие о кончине отца и немедленно выехал в Россию. В 1796 пожалован в действительные камергеры и назначен присутствующим в Берг-коллегии.
С ноября 1804 длительное время находился на дипломатической службе. В 1805—1810 чрезвычайный посланник и полномочный министр в Испании. В октябре 1808 по собственной инициативе покинул Мадрид в связи с приближением наполеоновских войск. Этот поступок не был одобрен в С.-Петербурге. Тем не менее Строганов сумел убедить Александра I в необходимости предпринимаемых им действий. Будучи послом России при Карле IV, объяснял Строганов, он уже не мог представлять интересы российского императора при Жозефе Бонапарте. Строганов писал Александру I, что считает невозможным «представлять Россию при порабощенном народе, сам будучи в окружении его тиранов и угнетателей». Признав эти доводы убедительными, Александр I вынужден был назначить новым посланником в Мадрид Н.Г. Репнина-Волконского. В сентябре 1812 назначен чрезвычайным посланником и полномочным министром в Швеции. Здесь его деятельность протекала в благоприятной обстановке, предопределенной дружескими и союзническими отношениями России и Швеции. Российское правительство положительно отнеслось к избранию риксдагом наследником шведского престола в 1810 Ж.Б. Бернадота, бывшего наполеоновского маршала, и к присоединению Норвегии к Швеции, в чем последняя искала поддержки. Совместные военные действия против наполеоновских армий в 1813, в частности успешные сражения шведов с датчанами, способствовали укреплению русско-шведского союза. В депешах из Стокгольма Строганов подчеркивал дружеское расположение шведского правительства к России.
В 1816 переведен в Турцию. Добивался от Порты выполнения всех условий русско-турецких соглашений и соблюдения автономии Сербии. После восстания в 1821 в Греции деятельно отстаивал интересы восставших. Резко протестовал против мероприятий турецкого правительства по отношению к воставшим и горячо защищал интересы греческой православной церкви. В своих донесениях в С.-Петербург Строганов настаивал на необходимости принятия русским правительством решительных мер для обуздания турок и был весьма разочарован, когда Александр I не последовал этим советам. Строганову пришлось вести борьбу с английским представителем в Константинополе лордом Стрэнгфордом, поддерживавшим турецкое правительство. Летом 1821 Турция наложила эмбарго на товары, провозимые кораблями под российским флагом, и запретила греческое судоходство в проливах, что нанесло ощутимый вред российской торговле. 6.07 Строганов направил Порте ноту с требованием прекратить преследования христианских подданных и восстановить свободное судоходство в проливах. В установленный срок Порта ответа на ноту не дала. Это стало поводом для русского правительства прервать сношения с Турцией, и в августе 1821 Строганов покинул Константинополь.
В июне-июле 1826 состоял членом Верховного уголовного суда по делу декабристов. В августе 1826, в день коронации императора Николая I, возведен, с нисходящим его потомством, в графское Российской Империи достоинство. В 1827 назначен членом Государственного совета по Департаменту государственной экономии. Имел высшие придворные звания обер-шенка, а затем обер-камергера. В 1838 был официальным представителем России на коронации королевы Виктории в Лондоне. Состоял почетным членом Петербургской АН, с июля 1854 по февраль 1856 председателем Комитета Главного попечительства детских приютов. За службу удостоен всех высших российских орденов, до ордена Св. Апостола Андрея Первозванного включительно. Скончался в С.-Петербурге на 87-м году жизни; похоронен там же в Лазаревской усыпальнице Александро-Невской лавры.
По отзывам современников, в молодости Строганов был знаменитый красавец и имел огромный успех у женщин. По словам князя П.В. Долгорукова, он был «человек замечательного ума, один из самых почтенных вельмож своей эпохи». Фигура его, с седыми вьющимися волосами, в бархатном длиннополом сюртуке, с добродушною улыбкою, невольно привлекала внимание. «Строганов был старик,— писал граф В.А. Соллогуб,— пользовавшийся между аристократами особенным уважением, отличавшийся отличным знанием всех правил аристократической чести, одним словом, был органом общественного мнения в большом свете». При Дворе и в высшем свете Строганов пользовался большим уважением. По свидетельству современников, он представлял из себя смешение совершенно иностранного воспитания, привычек и склада ума с самым фанатическим русским патриотизмом. В глубокой старости, уже ослепший, когда в его гостиной один иностранец непочтительно отозвался о России, Строганов попросил одного из гостей «проводить слепого» и вышел, заявив иностранцу, что «он не останется в одной комнате с посетителем, который осмеливается при нем сказать слово неуважительное про Россию».
Будучи двоюродным дядей (по матери) Натальи Пушкиной (урожденной Гончаровой), супруги поэта, после его гибели (симпатии Строганова были на стороне Ж. Дантеса) взял на себя все расходы по похоронам (он уговорил Петербургского митрополита Серафима разрешить погребение по христианскому обряду, что тот сначала запретил, считая смерть на дуэли равносильной самоубийству) и возглавил опеку над детьми и имуществом А.С. Пушкина (февраль 1837—1846); многое сделал для упорядочения финансов семьи, для посмертного издания произведений поэта.
Женат дважды: 1) на княжне Анне Сергеевне Трубецкой (1765—1824), дочери князя С.А. Трубецкого; 2) (с 1826) на графине Юлии Петровне д'Ойенгаузен (1782—1864), по первому браку графине д'Ега, дочери графа Карла-Августа д'Ойенгаузен и Леоноры д'Альмейда, португальской поэтессы; она занималась благотворительной деятельностью, учредила несколько детских приютов, имела придворное звание статс-дамы и орден Св. Екатерины 2-й степ. От первого брака имел 8 детей: графа Сергея Григорьевича (1794—1882), генерала от кавалерии, генерал-адъютанта, члена Государственного совета; барона Николая Григорьевича (1794—1824); графа Александра Григорьевича (1795—1891), генерала от артиллерии, генерал-адъютанта, члена Государственного совета; А.Г. Строганова; баронессу Елену Григорьевну (1800—1832), замужем за шталмейстером И.Д. Чертковым; графа Валентина Григорьевича (1801—1833), штаб-ротмистра Кавалергардского полка; баронессу Полину Григорьевну; барона Григория Григорьевича. Внебрачная дочь Строганова и его будущей второй супруги — Идалия Григорьевна (между 1807 и 1810 — 1890), замужем за генерал-майором A.M. Полетика. Она сыграла неблаговидную роль в последней дуэли А.С. Пушкина; по словам П.И. Бартенева, «питала совершенно исключительное чувство ненависти к самой памяти Пушкина, которое сохранила до смерти».

Назад На главную страницу

Hosted by uCoz