Сергей Васильевич Салтыков

1726 - ?


Сергей Васильевич Салтыков

Тайный советник. Сын генерал-аншефа Василия Фёдоровича Салтыкова и княжны Марии Алексеевны Голицыной, которая, благодаря своей популярности в гвардейских полках, оказала услугу императрице Елизавете при ее вступлении на престол и пользовалась поэтому ее особенной милостью. Эти обстоятельства, а вдобавок и личные качества Салтыкова, являются причиной того, что уже в 1752, через два года после своей женитьбы на фрейлине императрицы, Матрене Павловне Балк, он занимает видное место в придворной жизни того времени. Камергер великого князя Петра Фёдоровича, веселый, общительный, красавец, он становится сразу душой «малого двора» и самым близким человеком как великому князю, так и великой княгине. «Он был прекрасен, как день, — пишет Екатерина II, — и, конечно, никто не мог с ним равняться даже при большом дворе, не говоря уже про наш. Он был довольно умен и обладал тою прелестью обращения, теми мягкими манерами, какие приобретаются жизнью в большом свете, особенно при дворе. В 1752 ему было 26 лет. Вообще, и по рождению, и по многим другим качествам, это была выдающаяся личность. У него были недостатки, но он умел скрывать их; величайшие его недостатки заключались в склонности к интриге и в отсутствии строгих правил, но все это было мне неизвестно тогда». Великий князь Пётр Фёдорович также очень привязался к своему камергеру, без которого он совершенно не мог обойтись. Когда при дворе против Салтыкова возникли разные интриги и сплетни, Пётр Фёдорович явился его горячим защитником перед императрицей. В конце 1752 эти сплетни заставили его взять отпуск к родным и удалиться, таким образом, на время от двора. В феврале 1753 Салтыков снова появляется при дворе. К этому времени относится сближение великой княгини Екатерины с канцлером графом А.П. Бестужевым-Рюминым, который выбрал своим посредником в сношениях с великой княгиней Салтыкова.
7.10.1754 был послан к шведскому двору с извещением о рождении цесаревича Павла Петровича. Во время его отсутствия великий канцлер, граф А.П. Бестужев-Рюмин, присылал великой княгине Екатерине все известия, получавшиеся от него и депеши Н.И. Панина, в то время русского посланника в Швеции. Весной 1755 Сергей Васильевич отправился в Гамбург в качестве русского представителя. По дороге с необычайной любезностью, превзошедшей все его ожидания, Салтыков был принят при польском дворе, а в Цербсте, куда Екатерина снабдила его письмом и рекомендовала как одного из самых близких и преданных ей людей, его ждал самый радушный прием. 2.07.1755 он прибыл в Гамбург. Великая княгиня, оставшаяся совершенно без друзей, так как к тому же ее любимая фрейлина Гагарина незадолго перед тем вышла замуж, поддерживает с помощью великого канцлера письменные сношения с гамбургским министром. Через него происходит переписка Цербстской принцессы с дочерью и великим канцлером до 1758. Он искренно встревожен, когда арест Бестужева и слухи об этой переписке угрожают положению великой княгини. 22.07.1762, менее чем через месяц после вступления Екатерины на престол, Высочайшим указом сенату повелевается выдать Салтыкову 10000 руб. для выезда его из Петербурга в Париж, куда он назначен полномочным министром. Уже в начале 1763 в Петербурге носятся слухи о вероятно скором отозвании его оттуда; с одной стороны очень многие желали попасть на такое важное место, как пост посланника в Париже, с другой стороны Салтыков оказался по легкомысленности и беспечности своего характера не на высоте этого назначения. Он наделал долгов в Париже и возбудил против себя многие жалобы. В августе 1763 состоялось назначение Салтыкова в Регенсбург на место бывшего там И.М. Симолина, отправлявшегося в Дрезден. Но ему не скоро удалось выбраться из Парижа. Задержка его вследствие наделанных долгов в Париже французским правительством возбудила целую переписку между русским и французским двором. Императрица Екатерина повелевает Симолину выехать из Регенсбурга в Дрезден, не дожидаясь Салтыкова: «понеже его медленность известна». И действительно, он провел в Париже еще почти целый год, несмотря на присланные ему от императрицы для умиротворения заимодавцев и выкупа из заклада ордена св. Екатерины деньги, за что Сергей Васильевич благодарит императрицу письмом из Парижа от 4 .04.1764. Но, как видно из записки Екатерины к Н. И. Панину, деньги не были употреблены по назначению, и пришлось выкупать Екатерининский крест на казенный счет. Пока Салтыков пребывал в Париже, назначение Симолина в Дрезден оказалось ненужным, и Н.И. Панин предложил императрице оставить его в Регенсбурге, а в Дрезден послать Салтыкова. «Для меня особливо теперь все равно, Салтыков ли или Симулин, понеже с саксонским двором ныне менее дел будет, как прежде ожидать надлежало, а кто умнее, тому книги в руки». Такую собственноручную резолюцию положила Екатерина на это предложение Панина 29.12.1763. А весной 1764, когда Панин снова предложил послать Салтыкова в Дрезден, Екатерина собственноручно приписала: «Разве он еще недовольно шалости наделал? Но если вы за него поручаетесь, то отправьте его, только он везде будет пятое колесо у кареты».
О дальнейшей судьбе Салтыкова не встречается печатных известий. Жена его, Матрена Павловна Балк, скончалась 24.07.1813 в Москве, в собственном доме, на углу Большой Дмитровки. Переулок возле этого дома получил название Салтыковского. Матрена Павловна известна своими богатыми вкладами в Успенский собор. Детей после них не осталось.

Назад На главную страницу

Hosted by uCoz