Никита Петрович Панин

17.04.1770 — 01.03.1837


Никита Петрович Панин. Портрет работы Ж.Л. Вуаля. 1792 Государственная Третьяковская галерея

Действительный тайный советник (с 1800). Из старинного дворянского рода, восходящего к началу XVI в. Сын генерал-аншефа графа Петра Ивановича Панина (1721—1789) от брака с Марией Родионовной Вейдель (ум. 1775). Двоюродный дядя А.Б. Куракина. Родился в Харькове. После смерти матери воспитывался в С.-Петербурге в доме дяди Н.И. Панина, а с 1783, после его смерти,— в доме отца в Москве; получил тщательное и разностороннее домашнее образование. Во время русско-шведской войны 1788—1790 в качестве волонтера состоял при цесаревиче (будущем императоре) Павле Петровиче, отправившимся в Финляндию, но участия в военных действиях не принимал, хотя и получил чин бригадира. Пожалованный в камер-юнкеры, а затем в церемониймейстеры Высочайшего Двора, с 1791 состоял при дворе цесаревича. С 1793 камергер. В 1795 в чине генерал-майора назначен губернатором в Гродно. В 1796 являлся главным комиссаром со стороны России при установлении русско-прусской границы после третьего раздела Речи Посполитой.
После вступления на престол императора Павла I (ноябрь 1796) был вызван в С.-Петербург и в декабре того же года определен третьим членом Коллегии иностранных дел. В апреле 1797 (в день коронации императора) произведен в тайные советники. В августе 1797 назначен чрезвычайным и полномочным министром в Берлине. Враждебно настроенный к Франции, Панин приложил немало усилий для вовлечения Пруссии в коалицию против Франции. Безуспешность попыток Панина не помешала ему приобрести репутацию способного дипломата. С сентября 1799 состоял вице-канцлером. Стремился сблизить Россию с Австрией и Англией для борьбы с Францией. Из-за расхождений с Павлом I, начавшим сближение с Францией, в ноябре 1800 отставлен с поста вице-канцлера и назначен сенатором. По словам К. Валишевского, «в ноябре 1800 года, после перлюстрации депеш прусского посла графа Лузи, было донесено императору, что вице-канцлер не одобряет объявленного в это время запрещения английским судам выхода из русских портов. Панин, дававший в этот день большой дипломатический обед, мог добиться лишь с большим трудом, чтобы объявление об его увольнении было отложено на несколько часов». Недовольный политикой Павла I, Панин явился одним из организаторов заговора против императора; он считал возможным заставить Павла I отречься от престола в пользу наследника престола цесаревича Александра Павловича. В декабре 1800 он был окончательно уволен в отставку и выслан в свое имение Дугино Смоленской губернии, но затем получил дозволение жить в окрестностях Москвы, откуда поддерживал переписку с заговорщиками.
После убийства Павла I и вступления на престол императора Александра I (март 1801) Панин был вызван в С.-Петербург и вновь стал членом Коллегии иностранных дел и фактически руководителем внешней политики России. Панин принял меры для сближения с Англией. В результате его переговоров с приехавшим в Петербург лордом Эленсом была подписана Петербургская конвенция 1801. Однако расхождения с императором и ненависть к нему вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны (громко осуждавшей поведение Панина в год, предшествующий гибели Павла I) вынудили его в сентябре 1801 взять длительный отпуск и уехать за границу. По возвращении в Россию в 1804 получил отставку с воспрещением жить в столицах. Когда в 1806 (во время войны с Францией) дворянство Смоленской губернии избрало его начальником своей земской милиции, правительство не утвердило этого выбора. Опала Панина продолжалась до конца его жизни. Большую часть времени он проводил в своем имении, где занимался хозяйственными делами, чтением, охотой, перепиской с родственниками; изредка предпринимал путешествия за границу, Скончался на 67-м году жизни в своем имении селе Дугино; похоронен там же. Имел ордена Св. Анны 1-й степ. и Св. Александра Невского.
Крупный сановник, Панин принадлежал к тем избранникам судьбы, которые предназначены к власти и почестям независимо от их умственных и нравственных достоинств: сын знаменитого генерала и племянник не менее знаменитого дипломата и государственного деятеля, он в 18 лет был бригадиром, в 24 года — генералом, в 25 лет — губернатором, а в 29 лет — вице-канцлером и действительным тайным советником. Современники с похвалой отзывались о его способностях и «редких знаниях», утверждали, что он «умен, нравствен, чудно пишет» не только по-французски, но и по-русски (что встречалось весьма редко среди дипломатов того времени). Сам Панин был очень высокого мнения о своих талантах, «захлебывался в создании собственных достоинств». «Сухой, всегда чопорный, замкнутый и крайне сдержанный», он не отличался «приветливым обращением». Вообще, по мнению современников, у него «расположение души несоответствовало украшению ума». Как писал князь А.А. Чарторыйский, Панин «был человек высокого роста, холодный, прекрасно владевший французским языком; его письма... были совершенны во всех отношениях, как в смысле стиля, так и в смысле содержания. Вообще он был известен среди русских за человека очень талантливого, энергичного и умного, но сухого, высокомерного и мало сходившегося с людьми». Это был человек крутой, прямолинейный, с непомерно развитым честолюбием, с ледяной внешностью; при одном взгляде на его высокую, сухую фигуру с неподвижным лицом и резким, холодным взглядом, многие чувствовали к нему антипатию.
От брака с графиней Софьей Владимировной Орловой (1774—1844), дочерью генерал-поручика графа В.Г. Орлова (племянницей фаворита Екатерины II князя Г.Г. Орлова), имел 10 детей, но лишь пятеро из них достигли совершеннолетия: граф Александр Никитич (1790—1850), действительный статский советник; В.Н. Панин; графиня Софья Никитична (1797—1833); графиня Аделаида Никитична (1798—1829); графиня Вера Никитична (1808—1841).

Назад На главную страницу

Hosted by uCoz