Андрей Дмитриевич Константинов


Коллежский советник. Был сначала переводчиком при Шагин-Гирее в то время, когда он, выехав из Крыма, жил в Полтаве; в 1777, когда Шагин-Гирей был сделан ханом крымским, отправлен был вместе с ним в Крым и осенью того же года был назначен при хане резидентом, с чином надворного советника. В 1777—1778 сношения с Крымом велись через посредство генерал-поручика князя А.А. Прозоровского, который командовал отрядом русских войск, ближайшим к Крыму; Прозоровский не отличался дипломатическими способностями, не умел примениться к сношениям с татарами и постоянно вступал в пререкания с Шагин-Гиреем; Константинову приходилось улаживать затруднения и хотя он большей частью так или иначе успевал в этом, но дела все-таки шли не быстро. Положение сразу улучшилось, когда вместо Прозоровского был назначен А.В. Суворов; он прибыл на место в начале мая 1778. Суворов стал действовать в полном согласии с Константиновым, отдавал справедливость его знанию татар и умению иметь с ними дело, и оказывал ему полную поддержку. При дружных их усилиях удалось закончить вполне согласно с желаниями русского правительства вывод из Крыма в Россию почти всех живших там христиан. 28.03.1778 П.А. Румянцев дал предписание Константинову начать действовать в этом смысле; после продолжительных проволочек, после всевозможных противодействий хана, которому, конечно, вовсе не хотелось лишаться стольких подданных, дело это, наконец, было устроено совершенно по желаниям России. «Вывод крымских христиан кончен!, - писал Суворов Румянцеву от 18.09.1778. - Обоего пола отправилось в Азовскую губернию 31908 душ; осталось зимовать в Ениколе и Черкасе 288 душ... Примерно вышло денег на вывод сей здесь до 130000 руб., паче на прогоны». На долю Константинова при этом выпала самая большая и трудная часть работы.
Другое дело, в котором пришлось ему немало приложить старания, были сношения с ханом по поводу признания независимости Крыма Турцией. Дело в том, что Шагин-Гирей ожидал — трудно установить, насколько дано было ему для этого оснований, — что с признанием этой независимости Россия окажет ему поддержку в присоединении под его власть некоторых кавказских племен, или уже во всяком случае — возвратит Крыму те земли, которые отошли к России по Кучук-Кайнарджийскому миру и которыми до того времени владели татары. Но, конечно, и в том и в другом пришлось Шагин-Гирею разочароваться. Отсюда возникло у него недовольство, которое прежде всего и отразилось на Константинове; хан постоянно и лично давал ему это чувствовать и жаловался в Петербург, обвиняя резидента в непочтении к себе, в грубостях. В Петербурге прежде были очень довольны действиями Константинова и не раз ему это выражали; теперь граф Н.И. Панин внушал ему, что необходимо оказывать почтение хану и всем татарам давать понять, что Россия уважает хана и находит, что созданное ей правительство самое полезное для Крыма. Константинов оправдывался, но и co своей стороны высказывал утомление от сношений с ханским правительством и выражал желание оставить свой пост. Хан, между прочим, был недоволен тем, что Константинов долго не представлял ему официально верительных грамот; по сообщению об этом в Петербург грамоты были присланы и 11.06.1779 Константинов имел торжественную аудиенцию и с этого времени был уже официально резидентом. Но это улучшило положение лишь ненадолго и 3.03.1780 Константинов был отозван с причислением к Коллегии иностранных дел; на выезд ему пожаловано было 2000 руб. 28.05 у хана уже имел торжественную аудиенцию статский советник П.П. Веселицкий, заменивший Константинова со званием чрезвычайного посланника и полномочного министра. Перед отъездом Константинова из Крыма раскрылось одно неприятное для него дело: обнаружилось, что он взял фиктивные векселя на одного из торговавших в Крыму русских купцов на очень крупную сумму; было совершенно ясно, что Константинов желал в данном случае незаконным образом нажиться. Несмотря на усилия Веселицкого уладить это дело, оно было перенесено в Харьковское наместничество. Чем оно было решено — не известно; но Константинов состоял впоследствии при Коллегии иностранных дел канцелярии советником, получил чин коллежского советника и орден св. Владимира 4 степ.

Назад На главную страницу

Hosted by uCoz