Фёдор Дмитриевич Бехтеев

3.02.1716 - 10.10.1761


Бригадир. Он был домашним человеком у вице-канцлера графа М.И. Воронцова, который в дни его молодости защитил его от соседа-помещика Смоленской губернии, а затем до самой смерти Бехтеева покровительствовал ему. Где он получил образование — неизвестно, но в доме Воронцова он учил русской грамоте Екатерину Романовну Воронцову (впоследствии княгиню Дашкову). Бехтеев поступил на службу в кирасирский полк гефрейт-капралом 1.02.1731. Будучи в 1736 в Варшаве, он был причислен к посольской канцелярии. Вернувшись в Россию в начале 1742, Бехтеев служил сначала переводчиком, а с 25.07.1744 — секретарем в Коллегии иностранных дел. 18.12.1753 он был пожалован в надворные советники.
В начале 1756, по рекомендации Воронцова, он был послан в Париж в качестве поверенного в делах при французском дворе. Ему поручалось убедить французское правительство, что императрица Елизавета, под влиянием Марии-Терезии, готова отвергнуть все выгодные предложения Англии и склоняется к Франции. Бехтеев должен был внушить французскому двору мысль о необходимости скорого и тесного союза, но ничего не говорить о характере этого союза; если бы французское министерство его об этом спросило, то за сведениями он должен был направлять французских дипломатов к австрийскому министру, графу Штарембергу. Штаремберга же он должен был предупредить, что ему запрещено предпринимать что-либо без его согласия и совета. «Надобно, — говорилось в инструкции, данной Бехтееву, — соблюдать крайнюю осторожность, чтобы не дать венскому двору повода думать, будто бы на его старания не полагаются и помимо его хотят постановить что-то важное с Францией». Бехтеев выехал из С.-Петербурга 28.05.1756 и приехал в Париж в начале июля. Еще с дороги, из Гааги, он послал свою первую «реляцию» Воронцову, с которым поддерживал оживленную переписку до самого своего возвращения в Петербург в начале 1758. 155 писем Бехтеева содержат подробнейшие описания всех его разговоров с французскими министрами, отчёты о всех секретах, которые ему удавалось узнать, характеристики, иногда довольно меткие, французских государственных деятелей и т. п. Главную цель своей миссии, «вящее утверждение дружбы между обоими дворами», Бехтеев преследовал упорно, стараясь сгладить во Франции личными беседами и убеждениями, а в России — с помощью писем Воронцову все неровности и шероховатости, возникавшие при дипломатической переписке. Так, видя, что венский двор старается все сношения России с Францией вести через свои руки, чем уменьшался престиж России, Бехтеев при всех удобных случаях давал понять французским министрам, что русский двор не намерен вести свои дела через третье лицо. «Сие, — писал он после заключения Версальского договора о союзе с Францией и Австрией, — я еще сначала, до подписания декларации, внушал и тем немало поспешествовал окончанию сего дела». Когда в конце 1756 французский поверенный в С.-Петербурге Дуглас подписал секретнейшую декларацию об обязанности России и Франции помогать друг другу против Англии и Турции, во Франции остались недовольны подобным его поступком, и министр Рулье сказал Бехтееву, что при таких условиях нельзя вести никакого дела с Россией. Бехтеев, через Воронцова, уладил и это дело. В результате он добился того, что отношения России с Францией приняли характер прочной дружбы. 11.06.1757 в Париж приехал назначенный туда послом граф М.П. Бестужев-Рюмин, и роль Бехтеева была закончена. Тем не менее, хотя он уже давно просился в Россию, ему пришлось пробыть в Париже до декабря, частью вследствие болезни Бестужева-Рюмина, частью вследствие поручений и покупок для Двора и Воронцова. На возвращение в Россию, по ходатайству Воронцова, Бехтееву было отпущено 1000 руб. Вообще Воронцов никогда не оставлял без внимания его жалоб на стесненное материальное положение и постоянно ходатайствовал о пособиях ему.
В марте 1758 Бехтеев вернулся в С.-Петербург, а 19.10 был пожалован церемониймейстером Высочайшего двора и чином бригадира и назначен членом Коллегии иностранных дел. Одновременно ему было поручено обучение грамоте четырехлетнего цесаревича Павла Петровича. При занятиях Бехтеев стал применять особый метод, соединявший забаву с учением, и быстро научил великого князя чтению и счислению при помощи игрушечных солдатиков и складной крепости. Чтобы приохотить Павла Петровича к чтению и подстрекнуть его самолюбие, Бехтеев при занятиях с ним сажал рядом за стол взрослых людей из дворцовой прислуги, приказывая им притворяться неграмотными; затем он стал печатать для великого князя особые ведомости, где под рубрикой «Из Петербурга» сообщалось обо всех поступках и погрешностях Павла Петровича, причем уверял его, что эти ведомости рассылаются по всей Европе, так что он должен читать их, если желает знать, что о нем говорят. При Бехтееве же явился первый, специально составленный для Павла учебник. Это было «Краткое понятие о физике для употребления Его Императорского Высочества Государя великого князя Павла Петровича» (С.-Петербург, 1760). В июне 1760 Бехтеева сменил при Павле Н.И. Панин. По смерти Бехтеева 11.10.1761 канцлер Воронцов представил императрице доклад, в котором просил назначить вдове Бехтеева с двумя малолетними детьми пенсию в 1000 руб. в год. Сенатским указом 3.04.1762 вдове Бехтеева было пожаловано 230 душ крестьян.

Назад На главную страницу

Hosted by uCoz